СТОП

он передает вам привет
через тысячи лет
на расстояниях
близких к бесконечности
ваши конечности
пожимает нежно
и улыбается,
заглядывая в глаза с надеждой,
"знаете ли вы свойства идеального
газа?"
спрашивает он
и тут же сокрушенно кивает
прощаясь
ну потому что
не знаете же
и бессмысленно притворяться
и так
счастливо вам
оставаться

звон пустой жестяной кружки
на цепочке у колодца
скрип забора из осины
беспощадность солнца
стук дверей
порывы ветра
пыль поднявшаяся кверху
монотонность
на веревке
трепыхающейся тряпки
зуд
недельная щетина
грязь
впитавшаяся в пальцы
отдыхающего молча
на крыльце
в качалке кресле
под своими небесами
над которыми чужие
истребители летают
спрятав слезы сожаленья
истребляют, нажимая
кнопки мощных установок,
истребители другие
из такого же железа

как легко оступиться в раю
правда?
когда все хорошо
страшней показывать свою радость
мне всегда неудобно
когда поют
ведь это же праздность
а значит в тот самый момент
когда ты что то поешь
ты идешь по карнизу
как монумент
энтропия неумолимо наваливается снизу
и рвет
рвет на куски
все сделанное нами
ах какая глупость
валяться от тоски
и мучать себя
своими же
собственными
руками

rjgjitybt rexb vehfdmtd
c jnlfxtq dct[ chtlcnd, lj yflhsdf ;bk
lkz njuj xnj,s jlby pfktp yf gktxb lheujve
[jnz lheujq e;t nj;t yf rjv nj ;bk

pfktpnm ljcnfnjxyj dscjrj
gj gtcxbyrt yfcsgfnm [jkv
b [jnz ybrnj yt ujdjhbk xnj ,sltn kturj
'nj dct hfdyj nfr nz;tkj

ltym pf lytv ltym pf lytv ltym pf lytv
vs cnhjxbv, dshtpftv, ;bdtv
gjlcnfdkztv gktxj, yfcsgftv [jkv
lj rjywf tot lfktrj

суки ебаные, блядь!
расстрелять! расстрелять!
суки ебаные, блядь!
расстрелять! расстрелять!

я сижу такой хороший
в своем уютненьком дому
мы с кокошей и тотошей
не мешаем никому

пьем мы чай у клавесина
разговорчики ведем
и как плюшевая псина
в лапы головы кладем

словно маленькие боги
мы сильнее всех живых
наши розовые ноги
никого не бьют под дых

и прелестнейшие мысли
одурманивают нас
мы свернулись и зависли
навсегда-с.

это должно быть прекрасно
но лишь поначалу
от ярко красного
к сине-печальному

лезут наверх
те кому страшно внизу
ну а потом выясняется
что они лишь ползут

угловатые фигуры
подозрительные лица
формуляры, партитуры
почерневшие глазницы
оголенные бойницы
озверевшие бойцы
в мрачном сумраке больницы
отдают концы

заканчивается
прекрасная сказка
с принцессой, кошками и лошадьми
на море
большом и ласковом
плавают корабли заполненные людьми
разноцветные
волны разные
охватывают и обтекают их
а на берегу
рыбаки беспристрастные
стараются думать как кит

мазки
одного художника
ложатся на край холста

кепка
железнодорожника
валяется у моста

где идут дожди
где идут дожди
где идут дожди
гдеидутдожди
гдеидутдождигдеидутдождигдуеидутдожди

неслучившееся
история для меня
пусть не случится
в пределах дня
в бесполезности
всех моих
скурпулезностей
и других
многоважностей
много есть
поэтапностей,
ваша честь
и любимое
столько раз
только новое
лишь сейчас
с хрупкой корочкой
и внутри
настоящие
фонари

гдеидутдожди
гдеидут дожди
гдеидут

пусть друг друга любят
не унять тоски
негодяи люди
грязные носки

собственную рожу
я не узнаю
вроде бы похожа
но не на мою

ожиданий добрых
вязкое говно
интересов подлых
модное кино

они искренне обманывают нас
будучи обмануты сами
и льется такой чистый свет у них из глаз
что мы вовсе пропали
в условиях всеобщего равенства
это лишь наиболее очевидный пример
того, что нам нравится
вопреки контрмер
вследствие общей потерянности
вперед выступают те
кто растерял всю уверенность
в собственной слепоте
и мягко шагает и робко
не делая уверенных лиц
поет горячо и громко
пугая мраком
своих опустевших глазниц
о местах где любому ублюдку
дано утешение
всепрощение и вспоможение
всесошествие пламени разума
соединение всего разного
вместе

откусить кусок
и зажмуриться
заползти в песок
и закутаться
в закутке тепла
долго щуриться
и от радости
окочуриться

вот это бесконечно пустое
асфальтовое, осеннее
как смерть, как чужая история
как чавкающее течение времени

алый закат над холмами
покрытыми арматурой
туман испаренный умами
и бред фиолетово бурый

переключатель включен
обернись горячим ключом
обжигающе бьющим
заполонила глаза пелена
кроваво
(хотя на самом деле гораздо красней)
красным
по клыкам моим желтым стекает слюна
да, вы правы
куда уж ясней
действительно ясно
переключить:
чик!
остановлен счетчик
в голубизне
безмятежности
свежей промежности
как хорошо по весне
когда все умирают от нежности

кровянится бабкой израненный
в угрюмой глуши деревень
под наговоров бормотание
огнедышащий день

в некрасивой, бескосой
с обвисшими прядями
толстеющими боками
и скрюченными ногами
я ищу своим носом
любовь
что стоит между нами
в белых прыщиках
с мяса лепестками
в отверстиях
с червяками
и пока я живой
эти мерзости
все со мной

Любовь получается
сама собой
Любовь не кончается
всегда со мной
Любовь излучается
с теплых губ
Любовь замечается
везде вокруг
Любовь обозначена
без границ
Любовь это значит
выражения лиц

в пречистые
катится
тар тарары
мультикультурный снобизм
подающий надежды
раздающий дары
реализм
все закончится плохо
когда-нибудь
и-да: на асфальте бекон
просыпаешься утром, стыдишься
включаешь street spirit
и ничего не боишься

сквозь пульсирующих матриц
растворюсь в конце начала
не меня ли ты встречала
среди выродков и пьяниц?

не меня ли замечала
рукавом пальто мелькнувшим
средь толпы у трех вокзалов
непроснувшимся, уснувшим

на скамейке в горьком парке
на окурках и газете
ранним утром, где то в марте
в тошнотворном туалете

хочется прожить
хотя бы тысячу лет
зевая пускай
выяснить
куда катится мир
чтобы
и катится ли он вообще
in the sky
что это там
синева
или падают бомбы
нас ждут
реально жгучие
или условно
let's talk
есть ли толк
что мы такие живучие
или просто паразитируем
все поголовно
на головах друг друга
ох да ах
как эта попка упруга
ну ты даешь, подруга
дает она
не хуже других, стопудово
так и идут года
мычат коровы
так и течет вода
на все готова
я не уйду никогда
я буду снова
произносить слова
и делать звуки
и будет расти трава
сквозь мои вялые руки

He just come to the point
They put him in a box
with lot transparent toys
so many secret locks

and he was hanging like
a fish in cleared water
satisfied with the light
without concern and worry

some suffering is far
who unimportant doubts
it's primitive for him
in here wellbeing clouds

eventually he
would be of their own shit
embryo grab his knee
with head you want to split