Растворить

растворить свою тоску
в кислоте огней
тело в собственном соку
как всегда у ней
нерассказаная быль
узкая межа
неуловленная в мыле
кончиком ножа
с места рвущийся как ветер
тоненький ковыль
если ты и жил на свете
то теперь - лишь пыль

(no subject)

во мраке постороннего сознания
один-один остаться с ним
куда страшней всего
что может быть в подвале здания
просевшего под возрастом своим
и тьма и тьма непонимания
во власти нечуствительной ко злу
принявшей яд
взаимопожирания
как путь к столу
ты там где место занято другими
и ногоположен на плечи груз
существование вовеки и отныне
как трус
обрублено торчавшее за рамки
вне кадра
вне вечерних новостей
и можно лишь смотреть с изнанки
как водолаз, в костюме из сетей
под оболочкой кожаного плена
решеткой из обглоданой кости
нет ничего, опричь тепла и тлена
и соответственно -
тут нечего спасти.

бребревре

как всегда случится
бремя там и здесь
время испарится
разорвется в честь

уминает тело
течка у реки
правды оголтелости
пухнут бугорки

слезы беспощадные
льются с глаз стремглав
чаянья площадные
каждый в общем прав

мчится сквозь на поезде
темнота кричащая
и любовь когда уж есть
только настоящая

приятные моменты

Среди холода и жути есть приятные моменты
и страдающие люди
поедают экскременты
в забытьи тепла, уюта,
перегное поколений спермогенного салюта
много радостных мгновений
для простого санкюлота

не секс

хочется сделать что то руками и с удовольствием
не секс
а скорее что то по дереву
вырезать
точить эту спелую сосновую мякоть
шуршать теплой стружкой
вобще хочется сидеть на заднем дворе
поросшем мелкой травой
солнечным днем в легкой футболке
и что то такое строгать
необходимое
или писать простым карандашом
на белом листе
непонятно лишь что
и кому это интересно всерьез
меня вобще мало волнует чей нибудь интерес
потому что все это ненадолго
поэтому лучше сделать стул
или стол
или еще что нибудь такое

подумай

подумай сейчас
что приходит срок
когда на глазах у всех
жизнь перешагивает через нас
сквозь чугунные двери метро
и идет по эскалатору вверх

это большие трагедии маленьких героев
движение безудержных частиц
с процентом потерянных по дороге
верениц неузнанных лиц

мелькают красавцы, уроды
секунды приближают смерть
и на неё не хочется смотреть
хотя нормальное явление природы

до рвоты страх под чью то радость
бетона пыль на мутной пленке крови
на кафеле смешались молодость и старость
в угоду неземной любови

самим то странно продолжать
любить, рожать
когда они там лежат
а стены от взрывов дрожат
и сыпется штукатурка

вот так вы запомните
еще одного придурка

только

после смерти моей после смерти
только звезды горят только звезды
и сгорают
взрываются звезды
лучше рано
но лучше и поздно
только звезды горят только звезды
порнозвезды сгорят
телезвезды
все на свете сгорят
очень просто
загорятся, смешаются вновь
и взорвутся
и вспыхнет любовь
и на чьей нибудь крохотной кухне
так же крохотно молча потухнет
бесконечность конца и начала
рановато же ты заскучала

(no subject)

тонконогим
споткнувшимся
во время быстрого бега
дана чудесная нега
в зазорах
в разрывах
в осколках
на протяжении многих лет
безо всякого толка
видеть сквозь пальцы
всепроникающий свет
лишь с паутинками
легких волнений
и они улыбаются
без объяснений

(no subject)

он передает вам привет
через тысячи лет
на расстояниях
близких к бесконечности
ваши конечности
пожимает нежно
и улыбается,
заглядывая в глаза с надеждой,
"знаете ли вы свойства идеального
газа?"
спрашивает он
и тут же сокрушенно кивает
прощаясь
ну потому что
не знаете же
и бессмысленно притворяться
и так
счастливо вам
оставаться

(no subject)

звон пустой жестяной кружки
на цепочке у колодца
скрип забора из осины
беспощадность солнца
стук дверей
порывы ветра
пыль поднявшаяся кверху
монотонность
на веревке
трепыхающейся тряпки
зуд
недельная щетина
грязь
впитавшаяся в пальцы
отдыхающего молча
на крыльце
в качалке кресле
под своими небесами
над которыми чужие
истребители летают
спрятав слезы сожаленья
истребляют, нажимая
кнопки мощных установок,
истребители другие
из такого же железа